Когда звезды становятся ближе

0
135
Сергей Иванович Нефедов

Эта статья приурочена к 60-летию со дня покорения человеком космоса и посвящена герою, который победил сам себя. Он делал это ежедневно, разрушая все границы представлений о возможностях человека и его организма.
Изданию газеты «Щербиновский курьер» удалось пообщаться с Героем Российской Федерации, почетным академиком Российской академии космонавтики, космическим испытателем – Сергеем Ивановичем Нефедовым. Он рассказал нам о своей встрече с Гагариным, о работе, и даже о том, что было засекречено многие годы.

– Мне было тогда 10 лет, – вспоминает Сергей Иванович. – Это было 4 октября 1957 года, когда на околоземную орбиту был выведен первый в мире искусственный спутник Земли, открывший космическую эру в истории человечества. А когда взлетел Юрий Алексеевич… 12 апреля 1961 года навсегда в моей памяти. Я помню этот момент. Мы его видели! Эти ощущения и эмоции передать очень трудно. Все города и наш Ростов-на-Дону (место, в котором родился и вырос наш герой) в установленное время, которое сообщалось по радио, люди высыпали на улицы и орали!  И еще мы ощущали чувство гордости. Мы не понимали, чем гордимся, но гордились. У нас было чувство какого-то внутреннего уважения к себе, к своему окружению. Первый человек ушел в космическое пространство! Тем более это наш человек. Человек Советского Союза. Человек, который родился до войны. Человек, который прошел определенную школу жизни. И эту гордость описать невозможно. Это был праздник всех, вся и все. Я думаю, именно такие моменты в жизни и придают ей и красок и дают нам огромный заряд энергии, направляют в правильное русло. И мы это ощущали. Произошло что-то невероятное. И это было внутри каждого. Там, где мы жили, в коммунальной квартире, все выдвигали столы, у кого что есть – на столы. У нас был праздник, застолье. Мы – пацаны, совсем маленькие присутствовали. И вот когда все подняли рюмки за Алексеевича, за нас и за Державу, отец повернулся ко мне и сказал: «Сын, садись и пиши письмо Никите Сергеевичу Хрущеву, что ты хочешь в космос и, что у тебя по математике «5». Это была такая наивность восприятия людей. С одной стороны, освоение чего-то неизведанного, с другой – что для этого нужно обладать знаниями и, если у меня по математике «5», значит – я смело могу быть космонавтом! Хотя у меня по этой дисциплине «5» никогда не было. В лучшем случае – «4». Эта вот такая у тебя характеристика. Но жизнь есть жизнь. И кто бы мог представить себе, какие она преподнесет интересные сюрпризы. Но они будут позже, а пока ты живешь как нормальный мальчишка, – с таких воспоминаний началось знакомство нашей газеты с Героем Российской Федерации. И уже с первых минут общения начинаешь понимать, что это человек с удивительной судьбой. Мы должны гордиться такими людьми, ведь именно они прославили нашу страну.
Сергей Иванович Нефедов родился 21 июня 1947 года в городе Ростове-на-Дону. Как и все дети учился в школе, занимался музыкой и спортом. Маленький Сережа делал успехи на музыкальном поприще и уже мечтал поступать в консерваторию. Но и в спорте, в боксе, имелись успехи. Юноша стал чемпионом в своей возрастной категории.
– Вполне хорошая перспектива, – думал на тот момент Сергей. – Я в музыке делаю успехи. Учусь в классе виолончели и параллельно занимаюсь спортом. И вот началась борьба между спортом и музыкой, но не у меня, а у моих тренеров, педагогов. А для меня выше стояла авиация. И я для себя больше ничего не хотел. Только авиация! – с улыбкой вспоминает Нефедов.
Но, как у всех боксеров, у Сергея была искривлена носовая перегородка, а с таким дефектом не берут в авиацию.
– Сомнений не было, и я решился сделать операцию, – рассказывает Сергей Иванович. – Она прошла удачно. И я мог свободно «гулять по всем медицинским комиссиям». О спорте, конечно, уже можно было забыть, на музыку просто не оставалось времени. В 1962 году парень окончил среднюю школу № 52 (восемь классов) и пошел учиться в вечернюю школу № 15 (при ипподроме). И, как все пацаны, параллельно работал слесарем-сборщиком на заводе «Пролетарский молот», зарабатывал деньги и с гордостью нес их в семью. С 1966 года Сергей проходил срочную службу в Советской Армии.
– Дальше было летное училище, где я начинал учиться, потом случайная (секретная) комиссия, и я прохожу отбор и отсюда – в Москву, – вспоминает Нефедов. – Я всегда преклонялся перед Валерием Павловичем Чкаловым. Мы же никогда не виделись, но он был моим кумиром! Не только потому, что я про него прочитал или посмотрел кинофильм, а потому что, как история утверждает, ему принадлежали слова, которые у меня в курсантской книжечке были записаны: «Лучше полгода пролетать соколом, чем всю жизнь ползать черепахой». И в этом же был смысл. И это стало своего рода девизом всей жизни нашего героя. Сергей с отличием окончил школу авиационных специалистов № 50 в Прикарпатском военном округе.
С октября 1967 по 1969 годы парень служил в военной части № 64688 (в группе штатных испытателей Института авиационной и космической медицины). Нефедов участвовал в проведении 63 испытаний, в том числе подъемах в барокамере на высоте 32 и 37 км, принимал участие в отрабатывании ситуации взрывной декомпрессии. Находился в условиях, имитирующих внезапную разгерметизацию космического корабля. Катапультировался более 50-ти раз.
– Теперь уже нет никаких секретов, – рассказывает наш герой. – Я попадаю в военный испытательный институт авиации Космонавтики, а там же медицина. Она здесь рядом находилась с академией Жуковского. И через это мы начали все проходить. Молодому человеку пришлось преодолеть ряд испытаний и экспериментов, которые он выдержал с честью и достоинством.
Сергей Иванович оживленно рассказывает и о первой встрече с «космическим человеком».
– Мне тогда был 21 год. Совсем молодой, – вспоминает Сергей Нефедов. – Как сейчас помню, перед испытанием Юрий Гагарин подошел ко мне, положил руку на плечо и, улыбаясь, спросил: «Страшно?». Я ответил честно: «Страшно!». И для себя я понял, что страх – это великая движущая сила и, если ее не преодолеть, то так и останешься в состоянии липкой трусости. Это необходимо перебороть. И началась каждодневная работа над собой.
– Вот сейчас закрою гермошлем и один час подышу чистым кислородом, чтобы «вымыть» азот из крови – (десатурация), – вспоминает Сергей Иванович. – Потом одену и застегну перчатки. А потом на 0,35 секунд давление в этой барокамере изменится до «высоты» … 50 километров. Взрывная декомпенсация называется (мгновенная разгерметизация кабины авиакосмического аппарата). А летчик-космонавт должен остаться живым и работоспособным. Один час поработаю на «высоте», выполню заданную программу и тихонечко опущусь на землю… к любимым и друзьям. Или, скажем, нужно было отработать характеристики невесомости. Там не просто нужно находиться, нужно отрабатывать системы противодействия невесомости. Чисто физически, у тебя кровь начинает работать по другому циклу, и она вся приливает к голове. Поэтому раньше, когда в первые, во вторые сутки космонавт находился на орбите, его по телевизору старались не показывать. Неприятное лицо было – раздутое.
С 1969 по 1976 год Сергей Иванович работал испытателем в Московском институте медико-биологических проблем Министерства здравоохранения СССР. Нефедов занимался испытательной работой в группе штатных испытателей Института авиационной и космической медицины.
Наш герой вспоминает, как провел 56 суток в иммерсионной среде в условиях жесткой имитации невесомости (плавал как рыба в воде). Навсегда в памяти момент, как участвовал в экспериментах по пребыванию в барокамере с повышенным содержанием СО2 (5,2 процента) целых 30 суток (на подлодке 3% катастрофичны).
– Мы вместе с моим другом Женей Кирюшиным находились на борту после отработки аварийной, экстремально-критической (катастрофической) ситуации, – вспоминает Сергей Иванович. – Помню тот момент, когда на борту отказывает система выработки кислорода и в атмосфере корабля растет уровень углекислоты. Это называется – поиск резерва времени и максимальной временной возможности работы человека (космонавта) в этих условиях. Но нам удалось отработать так 30 суток. Нас спасал смех.
– Никогда бы не подумал, что в этом космическом испытании меня и моего товарища спасет, не поверите, смех, – делится с нами Нефедов. – Во время огромнейшей нагрузки, когда, казалось бы, тебя разорвет на части, мы начали шутить сами над собой, и только после этого мы смогли немного расслабиться и приспособиться к тяжелым условиям. Не зря говорят: смех продлевает жизнь!
Чего только стоило Сергею Ивановичу и его коллегам пребывание под воздействием восьмикратной силы тяжести в течение 17 минут и под воздействием двенадцатикратной силы тяжести в течение 3-х минут? Это непостижимо! Но ребята это сделали. Эти отважные люди первыми входили в барокамеры, первыми надевали новые космические скафандры, первыми садились в кресла катапульт, все проверяя на себе, чтобы на высотах, в космосе другие могли себя чувствовать уверенно. На космос в то время работала вся страна. Все были заточены на победу.
– И это было тайной, абсолютным секретом, потому что разработки были колоссальными, удивительными, потрясающими, – делится с нами Сергей Иванович. – И здесь работа, конечно, была уникальная! Перед нами стояла задача: испытания высотных компенсирующих костюмов летчиков – это все прообразы скафандровых систем, например, те или иные элементы отработать. Одна минута работы на восьмикратной перегрузке стоила три рубля. Я тогда отработал 17 минут, на восьмикратной перегрузке, я заработал 51 рубль. Это же половина месячной зарплаты. Минута – 3 рубля, секунда – жизнь! И ты можешь заработать за минуту 3 рубля, и за секунду потерять жизнь! Но ты всеравно работаешь на «десятке» (десятикратная перегрузка).
С 1976 года Нефедов трудился в авиакомплексе «Шереметьево» на инженерных и командных должностях. В 1981 году окончил Московский институт инженеров гражданской авиации.
За мужество и героизм, проявленные при испытаниях, связанные с освоением космического пространства, Указом Президента Российской Федерации от 17 ноября 1997 года Сергею Ивановичу Нефедову было присвоено звание героя Российской Федерации с вручением медали «Золотая Звезда». Этим же Указом высокое звание было присвоено и его товарищам по испытательной работе: Виктору Костину, Евгению Кирюшкину и Владимиру Цветову. А непосредственно, 12 марта 1998 года – из рук Бориса Николаевича Ельцина, в Кремле, Нефедову были вручены эти награды.
Уже в эти годы Сергей Нефедов – ведущий эксперт Центрального управления международных воздушных сообщений акционерного общества «Аэропорт». Почетный академик Российской академии космонавтики. Сейчас Сергей Иванович живет в Москве. Является частым гостем в школах, институтах, Центральном офицерском клубе Воздушно-космических сил, делится со студентами историей своей жизни, о том, почему выбрал именно такую профессию, с одной стороны сложную, а с другой до дрожи захватывающую и интересную. И всегда говорит подрастающему поколению о том, что героями не рождаются, героями становятся.
Издание газеты «Щербиновский курьер» благодарит Сергея Ивановича за уделенное время, за то, что нам посчастливилось пообщаться с человеком, который вошел в историю исследования космического пространства.

На снимке 1968 года запечатлен момент испытания взрывной декомпенсации.
Фото из семейного архива Сергея Нефедова.

 

0

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here