Мир – из перископа

0
323

Далеко не каждый человек сможет служить на подводной лодке. Требуются недюжинное здоровье, физическая подготовка и, конечно же, отсутствие боязни замкнутого пространства. А если такая служба длится несколько
десятков лет?! Корреспондент нашей газеты встре-
тилась с ветераном военной службы, подводником,
старшим боцманом Николаем Поповым из поселка
Щербиновского и узнала, какие тайны хранит
море, как устроена подводная лодка, тяжело ли
находиться на больших глубинах и почему
бывших подводников не бывает.

– Я – счастливый человек, у меня была интересная и увлекательная служба. Сейчас на встречах со старшеклассниками всем юношам советую: идите служить на подлодку, – начал рассказ наш собеседник.

«Заворожило»
После окончания школы Николай поступил в геологоразведочный техникум, но вызов на учебу пришел на неделю позже, чем повестка в военкомат… Его отправили в учебную часть города Кронштадт Ленинградской области.
– Мама всегда говорила: «Ты должен стать у меня офицером», – вспоминает Николай.
В 1967-м, после срочной, пригласили в школу мичманов, где обучали профессии подводника. Так все началось и продлилось 28 лет.
– Слева и справа – множество кнопок, клапанов, механизмов. Заворожило – ничего подобного я не видел, – таким запомнилось первое посещение подлодки Николаю Васильевичу. Воздух не отличается от того, что на земле. В отсеках углекислый газ перерабатывает в кислород специальная установка «Катюша». Не скажу, что на лодке тяжело дышится, скорее, давит замкнутое пространство, потом привыкаешь.
Ходил 14 лет на подводной лодке в Риге, получил специальность техник-гидроакустик. Профессия «Родину защищать» обрела фактические инструкции, распоряжения и команды.
В 80-е годы в гости приехали верные друзья, служившие на Камчатке. Они стали звать: «Что сидишь на дизельной подлодке, поехали с нами, там атомоходы…». Услышав это, Николай загорелся мечтой, перевелся в город Вилючинск.

Служба на автономке
Почти на каждой подводной лодке есть два экипажа. Когда один уходит в отпуск, заступает другой. Сначала идет отработка задач: например, погрузиться и выйти на связь с другой подлодкой, глубоководное погружение на максимальную глубину, учебные стрельбы, в том числе по надводным кораблям. Если все упражнения штабом приняты, то лодка уходит на боевую службу. Автономка длится по-разному: самая короткая – 50 суток, самая длинная – 90. В нашу задачу входило патрулирование участка моря в полной готовности и применение, в случае нападения, оружия. На каждой из 16 ракет находится 10 автономных боеголовок. Один заряд равен примерно пяти-шести Хиросимам. Было ли мне страшно? Не знаю, нас учили, что пусть боятся те, по кому мы можем выстрелить. А так я не задумывался о смерти.

Выпить морскую воду
– Когда подводная лодка выходит первый раз в море, все моряки должны пройти обряд посвящения. У меня был минимальный: в плафон из каюты налили забортной воды, которую надо выпить. Вкус у нее жутко вяжущий и горький. Неоднократно были случаи, когда людей сразу тошнило. Тогда же вручили свидетельство, нарисованное от руки, что я теперь – подводник.
На некоторых лодках к этому обряду добавляется «поцелуй кувалды»: ее подвешивают к потолку и, когда судно качает, матрос должен изловчиться и ее поцеловать. Смысл последнего обряда от меня ускользает, но спорить там не принято, и это первое правило, которое запоминаешь, входя на борт.

На суше
– Когда подплывали к пирсу после долгого погружения, испытывали разные чувства. Особое удовольствие – выйти на трап и почувствовать запах моря… И воздух – свежий, чистый, аж голова кружится.

Звуки моря
– Так как я служил техником-гидроакустиком, имел возможность слышать звуки океана. Жаль, что их нельзя передать пером: свист касаток и дельфинов, жалобные стоны китов, щелканье и треск ракообразных и многие другие звуки, принадлежность которых трудно определить, – это лишь часть шумовой картины моря, – так красочно рассказывает Николай Васильевич о морских глубинах.

На пенсии
– Если сейчас подумать, скучаю ли я? Скорее, да. По людям, с которыми служил, ведь подводники – особая каста среди военных. Это такие патриоты до мозга костей, понимаете…
Много лет прошло с того дня, когда я последний раз отдал честь флагу корабля и навсегда простился с флотом. Но как можно забыть свой корабль, на котором пройдена не одна тысяча миль, который знаком тебе от киля до клотика? Как забыть ребят, с которыми делил все: от окурка до глотка воздуха?
Иногда мне кажется, что я и сейчас мог бы выйти в море в своей прежней должности…

0

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here