В основе специальной военной операции стоят воля и мужество добровольцев. Люди самых разных судеб, возрастов и профессий встают на защиту мирной жизни по личному желанию. Рассказ о действующем участнике и ветеране СВО Дмитрии Мамченко, проходящем службу в составе подразделения «РЭБ», – это история о долге, стойкости и настоящей народной победе, что вершится здесь и сейчас.
Герой нашей публикации – человек, для которого родная станица действительно что-то тёплое и уютное. Он отсюда, местный, здесь прошло его детство. Отец Мамченко – коренной щербиновец, а вот мама приехала из Адыгеи. Поэтому парень рос, впитывая в себя и кубанское радушие, и адыгскую основательность. Учился в местной школе, как многие, старался быть в числе если не отличников, то точно хорошистов. Когда пришло время выбирать путь, он не метался: спокойно, твёрдо решил, что его дорога – это защита (и впоследствии, как показала жизнь, не только закона и граждан, но и Родины). Дмитрий поступил в полицейскую академию в городе Краснодаре: это было осознанное желание взрослого человека, которому эта направленность оказалась действительно по душе. Годы учёбы пролетели не зря, уже диплом юриста был на руках – и тут мужчина делает неожиданный шаг. Вместо того чтобы искать место рядом с домом, хотя бы где-то в крае, он собирает чемоданы и уезжает далеко, на суровый Ямал.
— Почему север? — не удержался я от вопроса, когда мы разговорились, любопытство взяло верх. — Всегда ведь наоборот: люди мечтают сбежать с холодов поближе к морю и теплу. А вы, выходит, добровольно в сибирские морозы? Это как так вышло?
Дмитрий усмехнулся в ответ – легко, как о чём-то совершенно житейском.
— А что такого? — пожимает он плечами. — Смотри сам: год службы за два идёт. Пенсия уже через десять лет светит. Плюс зарплата, о которой здесь можно только мечтать. Это же не просто работа, это реальный шанс крепко встать на ноги. Так почему нет?
Правда, пенсию наш герой выработал уже в качестве добровольца.
Несколько лет мужчина трудился на северной вахте. Холод, ветер, вечная мерзлота… Это было частью его жизни, пока в один день не грянуло сокращение. Работы не стало, и пазл как-то сам собой сложился: потянуло домой. Он собрал вещи и вернулся в родную станицу. Долго сидеть без дела не пришлось. Мамченко быстро влился в местное районное казачье общество. Своя среда, знакомые с детства лица, общий интерес – логичное продолжение его пути. Но тут жизнь снова подкинула поворот, мимо которого пройти было невозможно.
— А как вы попали на СВО? — спрашиваю я, прекрасно понимая, что ответ вряд ли будет про «приказ свыше», скорее про внутреннее состояние и личное желание.
— 24 февраля 2022 года, помню, только новости пошли, только всё началось. Я сразу же поднял телефон и позвонил в военкомат. Просто понял: надо, хочу и должен быть там. Не мог остаться в стороне, честно говоря. Кто, если не мы? Правда, сходу попасть на передовую не вышло – томился месяц, второй… Очень ждал. Звонил, узнавал, снова ждал, — делится воспоминаниями мужчина.
И только когда начали формировать первый казачий батальон с Кубани БАРС-11, ему дали «добро». Мамченко был одним из первых, после него пошли такие же, кто не мог сидеть, сложа руки.
— Попал я туда, на Донецкое направление. Назначили командиром взвода, —
продолжает собеседник. — Пришлось отвечать не только за себя, но и за ребят.
В отряде «БАРС» Дмитрий пробыл относительно недолго – всего около двух месяцев. Но даже за это короткое время он успел проявить себя, поэтому, когда потребовалось усилить другое направление, выбор пал на него. Так он оказался в подразделении радиоэлектронной борьбы (РЭБ) на той же должности. И если первое место службы стало для него своего рода трамплином, то здесь уже основательно закрепился. В РЭБ наш герой отвечает за оборону и защиту – задачи, которые приходится решать и сейчас, каждый день.
Первое время на фронте – картина суровая и совсем не приукрашенная. И никакого налаженного быта.
— Жили, как могли: в сырых землянках с печками-буржуйками – главными друзьями и спасителями; в окопах, где ноги надо держать в сухости, а это получалось далеко не всегда; в разбитых, развороченных снарядами домах, где вместо крыши – небо, а вместо стен – обгоревший кирпич, — делится воспоминаниями Дмитрий.
Оказавшись в первом отпуске, Мамченко вместо отдыха и отсыпных дней собрал вокруг себя неравнодушных людей и организовал группу помощи для бойцов, что остались там, за «ленточкой». И дело это оказалось нужным –
сообщество работает до сих пор, без перерывов и выходных. Ребята на передовой знают: есть тыл, который не забудет, есть руки, которые соберут и отправят необходимое.
Особое место в этом потоке помощи занимают детские письма солдатам.
— Школьники отправляют весточки регулярно и делают это от души. Нам потом треугольники передают вместе с коробками гуманитарки. Честно, скажу, не приукрашивая: когда читаем их – слёзы сами наворачиваются. Бывает, сидим после тяжёлого дня, а то и после обстрела, вскрываем очередную пачку писем, и вдруг натыкаемся на простые, искренние слова. Внутри всё переворачивается. В такие моменты особенно остро понимаешь, ради кого мы здесь. Ради них, ради их будущего, чтобы они спали спокойно. Это наш якорь, который держит и не даёт раскиснуть, — с трепетом в голосе говорит Дмитрий.
— Вы помните свой первый день «за ленточкой»? Как это было? – поинтересовался я.
— Ужасно, — ветеран резко поменялся в лице, улыбка пропала, остались только холодные воспоминания, воспроизводимые через его эмоции. — Сразу же попали в окружение. Сутки воевали, бились с противником, только спустя это время нас кое-как вывели. Даже ранение получил – по нам отработали гранатомётом. О ранении, кстати, узнал спустя пять дней.
— Как так? — искренне удивляюсь.
— В потоке стрельбы летела грязь, пыль: дым, туман, ничего видно не было. А через пять дней добрался до душа, нащупываю какую-то неприятную язву на бедре, смотрю – дырочка в ноге. Очень удивился, конечно. Но перенёс без госпиталя, так восстановился, с нами же медик был, кстати, наш, станичный – Александр Шляхов, —
рассказал о боевом крещении герой.
Отвлекались от огня, боёв и обстрелов по-разному – начиная анекдотами, и заканчивая песнями, и даже танцами.
— Как-то держали оборону в школе одного из сёл: напряжение, стресс. Пацаны уже «на нервяках» прогуливались по заведению, нашли пионерский барабан, ходили по этажу, тарахтели, приплясывали. Мы шутили потом «и шагает дружно в ряд пионерский наш отряд», — со смехом вспомнил Дмитрий.
А дома, на гражданке, его ждут жена, двое детей и родители. Как и в любой семье, где провожают сына, мужа и отца на такое дело, поначалу было неспокойно. Близкие, конечно, переживали, старались отговорить, не хотели отпускать. Это понятно: страх за родного человека чувство сильное. Но, как объясняет сам Дмитрий, были обстоятельства, которые он не мог игнорировать. Для него понятие долга перед страной – не пустые слова. И если пришло время этот долг отдавать, он делает это с честью, достоинством и без лишних сомнений.
— Первое время было тяжело держать связь с родными, если точнее – её не было совсем. Максимум – одно письмо в месяц. Потом уже иногда получалось звонить домой. Местные жители, когда освобождали их территории, радовались, свои телефоны давали, чтобы мы могли отзвониться родным, сообщить, что живы, здоровы. И вообще реагировали положительно, не было ненависти в нашу сторону. Наоборот, бывало даже сами узнают, когда мы уходим с позиций: свинку зарежут, шашлыками угостят и всей улицей провожают, ангела-хранителя в путь желают, —
делится воспоминаниями ветеран и продолжает. — Кстати, вера на фронте очень важна. Случай был: отец Сергий из Екатериновки привозил мне иконы небольшие, чтобы я парням раздал. Отдал по штуке на каждую машину. И один из автомобилей попал под артиллерийский огонь, ещё и прилетели сразу несколько FPV-дронов, сожгли его совсем, дотла. А иконку даже не повело, ни царапинки. И как не верить после такого? Бог есть!
В окончании диалога я задал вопрос Дмитрию: какие он может дать советы парням, кто планирует присоединиться в ряды бойцов?
— Сразу скажу, что идти надо не ради материальной выгоды. Здесь вы воюете за Родину, встаёте на защиту своей страны, близких, родных. Когда я шёл добровольцем, понимал, что в первую очередь я стараюсь ради Отчизны. Вот если и вы действительно горите желанием искренне помогать, тогда, конечно, милости просим. Но эта история точно не про деньги, — завершил наш разговор ветеран.
Артём Гордиенко
