Важные этапы военной стратегии нашей армии во Второй мировой можно отследить по крупным битвам, по масштабным сражениям фронтов на пути к Великой Победе. Как маяки, на карте контрнаступлений стоят города-«крепости», за которые шли ожесточённые бои, а оборона Ленинграда стала ключевым эпизодом в разгроме нацистской Германии.
Санкт-Петербург (город Святого Петра) – «колыбель» трёх революций. Он появился среди бескрайних просторов, болот и лесов, уже в скором времени, после своего образования получил неофициальное название «Северная Пальмира». Его исторический центр поражал своей красотой и стал достоянием столицы.
В течение двадцатого века город трижды переименовывался. Впервые во время Первой мировой войны получил имя Петроград. Второй раз, в 1924 году, стал Ленинградом. Третий – в 1991-м, тогда ему было возвращено историческое название –
Санкт-Петербург.
Страшный период блокады был кровью вписан в книгу судьбы этого города. 8 сентября 1941 года немецкие войска захватили город Шлиссельбург, что на берегу Ладожского озера, и отрезали Ленинград от суши. Началась история осады, которая продлилась 872 дня. Ни один город во время Второй мировой войны не находился так долго в окружении. До 41-го здесь проживало около трёх миллионов человек, к началу февраля 44-го осталось всего 546 тысяч мирных жителей. Жертвами нацистских палачей станет один миллион человек, но только 10 процентов от общего числа потерь погибнут от артобстрелов и налётов авиации. Остальные умерщвлены кощунственной политикой изуверов, что целенаправленно «душили» город голодом.
Из Ленинграда на протяжении всего времени окружения эвакуировалось население. В город шли танки, оружие, боеприпасы, войска, а на Большую землю увозили женщин, детей и раненых. Все кто мог, держать в руках оружие, записывались в добровольцы. Женщины наравне с мужчинами принимали участие в обороне, они строили баррикады, служили в местной противовоздушной обороне, работали на заводах и фабриках.
Защитники города сражались героически и отчаянно, били немцев. Чего стоит эпизод, когда в ночь с 19 на 20 сентября 1941 года батальон 576-го стрелкового полка 115-й стрелковой дивизии, переправившись через Неву, занял позиции у деревни Московская Дубровка. Развивая успех, бойцы пробились к шоссейной дороге Ленинград – Шлиссельбург и завязали бой на подступах к деревне Арбузово. На захваченный плацдарм советское командование немедленно начало переправлять войска.
Соединиться нашим под посёлком Синявино силами Ленинградского фронта Невской оперативной группы и наступающим навстречу частям 54 армии Волховского фронта не удалось. Удары очень быстро прекратили приносить успех, а образованный плацдарм вошёл в историю под названием «Невский пяточёк» – место массового героизма, тяжёлых потерь. В 1972 году здесь установили монумент «Рубежный камень». На нём высечены слова Роберта Рождественского: «Вы живые, знайте, что с этой земли мы уйти не хотели и не ушли. Мы стояли насмерть у тёмной Невы. Мы погибли, чтобы жили Вы».
Разорвать кольцо окружения не удалось. С декабря 1941 года по февраль 1942-го в городе сложилась критическая ситуация. Центральный водопровод не работал, электроэнергия подавалась с перебоями или отсутствовала вовсе, сильно не хватало дров для обогрева. Морозы стояли крепкие, температура опускалась до -30 градусов. Разбирались деревянные строения, которые могли быть использованы для отопления помещений.
Норма выдачи продовольствия по карточкам сводилась до минимума, так как запасы стремительно таяли. И если в середине июля по хлебным карточкам на одного взрослого приходилось по 800 граммов для рабочих и 500 граммов для иждивенцев, то с началом блокады эти нормы были урезаны в несколько раз. К зиме норма хлеба для иждивенцев и детей составляла по 125 граммов. Сам хлеб резко поменял свой состав. Сохранился его рецепт: пищевая целлюлоза – 10%, жмых – 10%, обойная пыль – 2%, выбойки из мешков – 2%, хвоя –
1%, ржаная обойная мука – 75%. Целлюлоза помогала делать хлеб объёмным (Фото 1) .
За три месяца зимы не станет около 260 тысяч ленинградцев. История Даниила Ивановича Кютинена поражает своей человечностью. По профессии он пекарь. Каждый день, как и все жители, наблюдал слабеющих от недоедания людей. Он видел смерть собственными глазами, как гибнут от истощения. Невозможно представить, что чувствует человек, когда он сам изнеможён, но он печёт этот спасительный хлеб, с «пьянящим» ароматом. Даниил Иванович быстро терял вес, силы всё больше покидали его. 3 февраля 1942 года он умер от голода. Он остался честен себе и, возможно, его жизнь спасла чью-то, и, хочется верить, что не одну. В свидетельстве о смерти указана причина гибели – дистрофия (Фото 2).
Из воспоминаний Р.М. Грановской: «Ленинградское радио – совсем не то, что современное. Люди, работавшие там в дни блокады, всеми силами пытались сохранить жизнь жителям города. На самом деле это была ежедневная психологическая помощь населению города такого качества, о котором сейчас и мечтать не приходится».
Ольга Фёдоровна Берггольц – имя, которое навсегда вписано в историю нашей страны. Этот человек, когда-то малоизвестный молодой поэт, благодаря своим талантам и неимоверной силе духа, превратился в настоящего мастера слова, завоевавшего всенародную любовь и признание. Она стала тем символом, что вдохновлял людей своими речами, разносившимися через граммофон (Фото 3).
9 августа 1942 года в городе на Неве в Большом зале филармонии состоялась премьера седьмой симфонии Дмитрия Шостаковича, которую позже будут называть Ленинградской. Она станет символом блокады. Чтобы концерт прошёл, приглашали всех, кто умел играть на музыкальных инструментах, мужчин даже вызывали с линии фронта.
Музыка в те дни стала для ленинградцев спасительным островком. В условиях полного разорения и отчаяния Шостакович, как истинный патриот, понимал силу искусства. Его произведения были наполнены глубокими эмоциями, отражая горечь утрат и надежду на будущее. В зале, заполненном людьми, которые пережили ужас блокады, каждая нота звучала как призыв к жизни, как напоминание о том, что человеческий дух способен выстоять даже перед лицом самых страшных испытаний (Фото 4).
Несмотря на тяжесть будней, в осаждённом Ленинграде, среди руин и страха, развернулась удивительная история о преданности и заботе. В 1943 году сотрудница Ленинградского зоосада, Евдокия Ивановна Дашина, стала настоящим ангелом-хранителем для бегемотихи по имени Красавица. В условиях блокады, когда каждый день был борьбой за выживание, этот необычный дуэт стал символом надежды и человечности.
Каждый день Красавица нуждалась в 4-6 килограммах овощной и травяной смеси, а также в 30 килограммах распаренных опилок всего для того, чтобы заполнить её желудок и поддержать жизнь в условиях нехватки ресурсов. Но не только еда была важна. Евдокия Ивановна преодолевала трудности, чтобы доставить на саночках 40 ведер воды из Невы, наполняя бассейн, где обитала бегемотиха.Она заботливо поила её, согревала и обмывала тёплой водой, смазывая кожу камфорным маслом – ведь от пересыхания она могла трескаться, покрываясь «кровавым потом».
Страх перед обстрелами был постоянным спутником Красавицы. Чтобы облегчить переживания во время налётов, Дашина не оставляла её одну: она ложилась на дно бассейна рядом с бегемотихой, обнимая, как родную.
Благодаря мужеству и самоотверженности Евдокии Ивановны Красавица не только пережила ужас блокады, но и дожила до 1951 года в зоосаду. История этой необычной дружбы напоминает нам о том, что даже в самые мрачные времена человечность и любовь способны творить чудеса (Фото 5).
Летом 1941 года немцы стремительно наступали. В этих условиях одной из важнейших задач стала эвакуация за Урал культурных ценностей из музеев города. Многое успели вывести, но в пригородных дворцах-музеях находилось ещё много ценностей.
Исаакиевский собор был выбран местом для их хранения. В блокадном Ленинграде это было одним из самых безопасных мест. Купол собора немецкие лётчики использовали как ориентир при артобстреле и по самому зданию не стреляли.
В июле 1941 года группа спортсменов-альпинистов приступила к маскировке собора. Музейные экспонаты привозили в больших деревянных ящиках. Из-за нехватки места их хранили в подвалах храма, составляя друг на друга.
Здание собора зимой не отапливалось и насквозь промерзало, а весной вода каплями выступала на внутренних стенах и колоннах, струйками сбегала вниз, образуя на каменном полу не просыхающие лужи. Стараниями музейных хранителей, живших в соборе в годы блокады, были спасены бесценные музейные фонды. Ежедневно показатели влажности и температуры в соборе заносились в специальный журнал. Когда потеплело, хранители стали выносить экспонаты на солнце. Так они просушивали их от сырости.
Сотрудники музеев дежурили на крыше и колоннаде собора вместе с бойцами противовоздушной обороны. Они всегда были готовы потушить с помощью воды или песка залетевшую туда «зажигалку».
Сам собор пострадал в годы войны – осколки от разорвавшихся рядом снарядов повредили колонны, а холод во внутренних помещениях привёл к порче настенных росписей.
Сейчас в подвалах Исаакия работает выставка, посвященная подвигу музейных хранителей в период блокадного Ленинграда.
Все эти 900 дней город не просто выживал, он сражался за своё существование и будущее. Голод и холод не сломили дух людей, они продолжали трудиться, помогать фронту и радоваться даже самым обычным мелочам, каждый прожитый день приближал их к долгожданному освобождению.
В ходе операции «Январский гром» ударами Ленинградского и Волховского фронтов удалось окончательно снять блокаду города. Численное превосходство в технике и живой силе позволили стремительно развить наступление войск, что не оставило шансов фашистам. Враг был вынужден бежать со своих позиций, пытаясь огрызаться, но это было тщетно. Ленинградцы обрели то, чего так долго ждали – победу!
Даниил Елисеенко
